Заметки из Истории Ботанического сада и Соловецкого музея-заповедника и о «чудесных» превращениях этих историй.
Фокина Т.Л.
Что такое Хутор Горка и где он находится? На Соловецких островах каждый житель это знает. Хутор Горка — это сад, который создавался исторически, постепенно, ещё с начала 19 века, а возможно и раньше. Он находится в 4-х км севернее поселка Соловецкий. Когда-то здесь был живописный участок Соловецкого монастыря, а сейчас расположен Ботанический сад Соловецкого музея-заповедника.. О его истории нами написано немало. Но эта статья о другом.
В настоящей заметке мы постараемся рассказать об истории не только одного из названий сада, но и о том, как эта местность и ее название оказались связанными с политикой и историей ведущего учреждения Соловков — Соловецкого историко-архитектуроного и природного музея-заповедника, но главное — как оно свою историю меняло.
Из истории местности между трех холмов и двух озер после ликвидации исторического монастыря.
История Макарьево нами описана довольно подробно в ряде статей, в том числе и на нашем сайте. Но развитие этого интересного природно-исторического места продолжается. Иногда оно оказывается связано с современной жизнью музея-заповедника. Поэтому придется затронуть и эту сферу.
После ликвидации исторического монастыря разработанное среди леса место с деревянными постройками, красивыми деревьями и кустами, вдали от поселений оказалось привлекательным для разного соловецкого начальства — как концлагеря 30-х годов прошлого века, так и Учебного отряда Северного морского флота, довоенных, военных 40-х и послевоенных 50-х.
Двухэтажный дом в этом живописном природном оазисе, построенный в 1862 году «Для временных посещений настоятеля» (иначе назывался «Дом при воскобелильне»), названный не очень удачно при описи памятников «Дачей архимандрита», в те времена не пустовал.
Любое начальство весьма любило выезжать сюда на отдых. При концлагере (1923-1939), когда здесь поселялось лагерное руководство, продолжалась и периодическая интродукция растений с помощью заключенных, среди которых было немало специалистов. На месте бывшего «Воскобелильного и свечного завода» монастыря руководство построило домик для охраны (Комендатуру) — как же без неё начальству.
Лиственничная аллея высажена заключенными в 1935-1936 гг
Размещенный на островах в 1939 году многочисленный Учебный отряд Северного морского флота интродукцией растений не занимался. Но на территории бывшей пустыни удобно было принимать разных руководителей СМФ под шум деревьев или в их тиши (о чём вспоминали некоторые местные жители).
Например, местный житель Н.И.Неклюдов, служивший электриком при Учебном отряде Северного флота, вспоминал: «На Хуторе Горка была дача генерал-майора береговой службы П.В. Броневицкого (начальника Учебного отряда). Посещал эту местность и приезжавший на Соловки во время ВОВ Командующий Северным флотом Головко А.Г. Перед его приездом было проведено электричество в Дачу архимандрита — установили генератор недалеко от берега озера внизу холма, а кабель и провода провели по деревьям сада вверх до Дачи архимандрита.» Сейчас электричества в этом доме нет.
На фото — Дом для временных посещений настоятеля (1864), благополучно сохранившийся. Слева виден автоматический метеопост музея-заповедника.
В военное и послевоенное время сад постепенно зарастал лесом, пока его не передали школе. В 1959-1969 гг там расположилось «Учебно-опытное хозяйство Соловецкой средней школы», которым руководила учитель биологии М.И.Андреева. Это произошло по инициативе и при участии директора школы, учителя химии П.В. Виткова, активного защитника ценностей архипелага, инициатора придания статуса государственной охраны всей территории Соловецких островов. Тогда немалое число местных жителей потрудилось в саду, на его расчистках, при выращивании сельхозкультур и цветов.
Но эту статью пришлось нам написать ради многострадального названия «Хутор Горка», а также в связи с искажением некоторых страниц в истории Соловецкого музея-заповедника
Хутор Горка — всего лишь одна из исторических территорий, которых на Соловках немало. Но история названия «Хутор Горка» оказалась связанной ещё и с политикой. Поэтому много лет тиражировались искаженные сведения и названия. Это случается в нашей истории, когда её пишут ради себя любимых, но против кого-то. Почему именно так, возможно будет понятно из нашей статьи. Но придется затронуть историю не только сада.
Не зря в монастырях была должность «Летописец» — человек, который записывал скрупулезно все, что случилось, кто, когда, где и что приобрел, изобрел, сделал; Летописец записывал, что монастырь купил, что построил, кто приезжал, сколько пожертвовал и т.п. Теперь это — важнейшие сведения о прошлом. А ведь в монастырях были ещё Патерики, Приходо-расходные книги и др.
А что останется после нас и деятельности исторического музея-заповедника? Достаточно посмотреть в музейные юбилейные Сборники «Материалы к истории создания и деятельности Соловецкого государственного историко-архитектурного и природного музея-заповедника», которые издавались в 2002. 2007, 2012, 2017, где история музея 1998-2000-годов, например, просто исчезла или изменена до неузнаваемости (смотрите ниже).
Детали её изменили не только в изданиях местного уровня, но даже в тиражированной «Поморской энциклопедии»… Попробуем заглянуть в эту историю и мы.
Но причем тут сад, казалось бы?
Что касается сада, то он стал самостоятельным отделом Соловецкого музея-заповедника в 1988 году, отделившись от Отдела охраны природы (при реорганизации СГИАПМЗ директором Л.Е.Востряковым в Объединённую дирекцию СГИАПМЗ). Тогда появился отдельный штат Ботсада. Мы (новый отдел) дали ему название «Ботанический сад «Хутор Горка» в соответствии с историческим названием местности — это название зарегистрировано в Совете Ботанических садов.
Теперь (а именно с 2000-го года) музей-заповедник уже так ни отдел, ни дендрарий, ни сад не называет. С ноября 2000-го года это «Музейный комплекс Макарьевская пустынь — Ботанический сад». Как каждый экскурсовод, так и каждая турфирма, рекламирующие сад, включенный в программы соловецких туров, скажут вам, что Макарьевскую пустынь при большевистском концлагере переименовали в Хутор Горку, но теперь монастырское название восстановили. Так ли это?
Для ответа вернёмся в сад.
Во время инвентаризации памятников архипелага в 1960-е годы территорию «Хутор Горка» записали как «Ботанический сад XIX века”. После создания Соловецкого историко-архитектурного и природного музея-заповедника в 1974 году, сад передали ему под названием “Исторически сложившийся дендрарий Хутор Горка (бывшая Макарьевская пустынь Соловецкого монастыря)” — Решение Архоблисполкома от 12.02.1975 года № 69.
Например, интернет-ресурс администрации Соловков «Мои Соловки» гласит: «В 1920 г. Макариевская пустынь была упразднена. В 20х-30х гг. она стала частью Соловецкого общества краеведения, и здесь заключенными Соловецкого лагеря особого назначения проводились эксперименты по высадке и акклиматизации многих растений, в т.ч. ряда пород ценных деревьев… Также в середине 20-х гг. деревянный дом служил летней резиденцией начальника лагеря – Ф.И. Эйхманса. В те годы появилось еще одно название этого места – Хутор Горка.» (выделено нами)
А энциклопедия по садам Грининфо расскажет более подробно:
(кавычки открыты) «.. с закрытием монастыря и размещением на островах Соловецкого лагеря особого назначения (1923-1939 гг.) это место стали называть Хутор Горка, здесь размещалась резиденция начальника лагеря.
Территория тщательно охранялась. Воскобелильный завод был снесён, на его месте построили сторожку, а на освободившихся площадях стали выращивать сельскохозяйственные культуры. Работали здесь заключенные, приписанные к «Опытному сельхозу» и члены Соловецкого общества краеведения.
Здесь работал и знаменитый биолог, академик В.Н. Дегтярев. Ему, заключенному лагеря, ботаники из разных стран присылали семена и саженцы экзотических для данной местности растений, которые он высаживал и акклиматизировал.
Сад состоял из нескольких частей и был разбросан по разным местам Соловков, в том числе и на территории Хутора Горки. В этот период велась активная работа по интродукции новых видов растений и под руководством Ленинградского Ботанического Института, откуда поступал посадочный материал .» (кавычки закрыты)
И где же они это всё взяли? Начиная со слов «Здесь работал…» эти сведения, распространившиеся в десятках справок и рекламных буклетов — беспросветная каша из обрывков полуправды и чьих-то фантазий, в основном, это просто ложь.
Во-первых, заключенный В.Н.Дегтярев никогда не был академиком и знаменитым биологом. Он был агрономом, человеком неуёмной энергии и большим любителем новых проектов. Его биография описана в книге С.Э.Шнолля «Герои и злодеи российской науки». Мне текст этой статьи подарил Семён Эльевич на 50-летнем юбилее Кандалакшского заповедника в 1982 году. На Хуторе Горка Владимир Николаевич Дегтярёв ничего не сажал, по крайней мере — сведений таких мной не встречено.
Жизнь В.Н.Дегтярёва — пример неистребимого оптимизма в жесточайших условиях. На Соловках он сначала заведовал некими оранжереями, которые, скорее всего, были на берегу Святого озера, в главном посёлке. Позже он создал дендропитомник на Зелёных озёрах по рекомендации известного ботаника И.В.Палибина, но от сада до него — около 20 км на север острова, в сторону поселка Реболда. Эта территория леса находится в ведении Лесничества. Благодаря рукописи я нашла остатки дендропитомника Дегтярёва на Зелёном озере Б.Соловецкого острова в 80-е годы прошлого века.
Сад не был «разбросан по разным частям Соловков», а всегда был в одном месте, сад не был частью Соловецкого общества краеведения.
Известно только, что некоторые выращенные Дегтярёвым на Зелёных озерах саженцы были «переданы в Горки«, о чём он писал в отчёте для Палибина, а саженцы лиственниц (по сведениям сотрудника музея-заповедника А.Соболева), взяты из Дендропитомника у Варваринского озера.
Но какие могли быть посылки из разных стран в концлагерь?! Посылки с черенками приходили только из Ботанического института Ленинграда (БИНа) для выращивания саженцев и сеянцев в дендропитомниках, так как руководство концлагеря разрешило И.В.Палибину их прислать, согласившись с его проектом на Соловках. Кроме дендропитомника на Зелёном озере, на острове были ещё три под патронажем Соловецкого общества краеведения (СОК), организованного заключенными.
Фактически посылок из БИНа было всего две. Почти все черенки, семена и саженцы были высажены Дегтярёвым в 1927 году, а в предыдущий год посылка задержалась в пути, посадочный материал в ней промерз и плохо сохранился.. После поиска, проверки и закладки питомника Палибин написал даже статью в лагерный журнал Соловецкого отделения Архангельского общества краеведения (1926- 1930) — «Зеленое озеро как агрикультурный район Соловецкого острова» с рукописной картой территории.
Доктор биологических наук ботаник Иван Владимирович Палибин тоже не был академиком! Он приезжал из БИНа (Ботанического института) на Соловки в 1926 году. Тогда у Зеленых озёр, кроме густого леса, была лишь маленькая избушка — келья монаха-отшельника.
Палибин И.В., фото из Википедии. Директор БИНа в 1929-1932 гг). Работал в Императорском Ботаническом саду Санкт-Петрбурга в 1895-1906 и в 1910-1915, в промежутке между этими датами учился в Женевском университете.
Удивительно, как Палибин вообще попал в столь удаленное от главного соловецкого поселка место — ведь до него от монастыря и поселка километров 15 по лесной дороге и тропам. Можно предположить, что этим визитом и своей рекомендацией Палибин хотел спасти Дегтярёва, который когда-то, перед революцией, был командирован Ботаническим институтом и садом в Америку за семенами (а И.В.Палибин тоже работал в БИНе и до революции).
Денег на обратную дорогу Дегтярёву институт переслать не смог, т.к. за это время изменилось даже государство — произошла революция. Тот скитался по чужой стране, зарабатывая для возвращения на родину, но уже в новую страну, т. е. после революции. Здесь его ждала участь большинства таких специалистов, возвратившихся из загранкомандировок — расстрел или концлагерь.
На фото Владимир Николаевич Дегтярёв — заключённый Соловецкого лагеря особого назначения. Как видите, у него нет одного глаза. Он выбил его в детстве, выпрыгнув из окна. Это не позволяло ему поступить в ВУЗ, хотя он обладал хорошими познаниями, особенно в области естествознания и сельского хозяйства. Он смог получить аттестат только агронома и (возможно) какое-то время до революции работал в Ботаническом саду Петербурга.
Человек он был незаурядный — интересный рассказчик, балагур, знаток множества историй, очень смелый и острый на словцо, неистребимый оптимист. Лагерное начальство даже старалось к нему не цепляться. Отсидев срок (вернее даже два), он был освобожден из-за тяжелой болезни, затем был направлен работать в Среднюю Азию (лесничим в район Алма-Аты).
Есть сведения, что в годы террора его нашли и там. Владимира Дегтярёва расстреляли в октябре 1938 г, так же, как и тысячи других «бывших лагерников», освобожденных когда-то из концлагерей специалистов, надеявшихся, что они освободились от этого зла навсегда.
А на Зелёных озёрах Дегтярёв с напарником, заключенным Сергеем Кузнецовым, разработали вручную около гектара лесной площади для посадок, на месте бывшей кельи отшельника, врезанной в холм, построили избушку с печкой! Они высаживали черенки, присланные из Ленинграда, сеяли семена. В последующие годы часть подросших саженцев отправили на Хутор Горку (в записях они также указывали «в Горки», как звали Хутор Горку при концлагере).
Посадки у Зелёного озера можно увидеть и теперь, хотя никто не взялся ухаживать за ними, они стремительно зарастают и гибнут. А ведь это историко-культурный объект, как и другие дендропитомники, как и многие заброшенные ныне места былой деятельности человека.
Полагаем, что бывшие Дендропитомники могли бы стать и должны быть природно-культурными памятниками, частью туристических маршрутов. Они должны быть на учете музея-заповедника, как и памятники архитектуры, им нужен основательный уход, а не забвение. Это можно было бы делать совместно с Соловецким лесничеством. Наконец, вернёмся к названию сада.
Из истории сада «Хутор Горка» и его названия.
Посадки на Хуторе Горка в лагерный период делали с 1927 по 1936 годы. Одной из последних была высажена лиственничная аллея (1935-1936 гг). Но история этого места, всегда вызывавшего интерес, до сих пор имеет пробелы. Например, где были так ярко описанные В.Н.Немировичем-Данченко оранжереи монастыря? Их так и не удалось найти, несмотря на работу археологов в 1999-2000 годах.
А изучать местность сада начали в 70-е годы 20 столетия, когда его передали музею-заповеднику (1975). Тогда директор СГИАПМЗ Л.В.Лопаткина привлекла ученых из Петрозаводска и Мурманска (А.С.Лантратову и Е.Ф.Марковскую), которые впервые выполнили инвентаризацию растений и составили схему посадок (отчёт есть в архиве музея-заповедника).. До 1990-х годов сотрудники музея-заповедника посещали архивы, поэтому что-то удалось собрать. Полагаю, что в архивах ещё хранятся бесценные и не просмотренные сведения.
Дважды для сада привлеченными подрядчиками были созданы проекты восстановления исторического облика, но оба проекта теперь просто лежат на полках. Последний был даже утвержден Министерством культуры в 2003 г (?), но преобразования в Ботсаду ведутся вопреки этому проекту, с нарушением охранного режима памятников, как я полагаю, о чём я написала музею и его Методсовету в 2023 году.
Ботанический сад на Хуторе Горка был признан Советом Ботанических садов России: с 26.04.1982 он был поставлен на учет под названием «Ботанический сад Соловецкого музея-заповедника». С 1.01.1984 года включен в состав Совета ботсадов Северо-Запада Европейской части СССР (документы подал зав. отделом охраны природы Н.А.Никишин).
Теперь Ботсад Соловков входит и в Совет Ботсадов РФ, но до сих пор не имеет своего Положения как ООПТ, не ведет фенологические наблюдения и обмен семенным материалом с другими садами, не имеет специалистов в штате.. Нет даже понимания у музея-заповедника, что статус Ботсада ко многому обязывает его балансодержателя. Надеемся, что такое состояние сада временное.
Тем не менее, этот отдел показывает туристам чудеса садоводства в условиях северного климата, сохраняется коллекция, в чем помогают волонтеры.
Цветочно-декоративное оформление перед «Дачей архимандрита». Два экземпляра Туи западной шаровидной формы приобретены в частном саду Эстонии в 1990 году автором статьи — тогда они были размером с теннисные мячики.
Наименование сада, в том числе зарегистрированное в Совете Ботсадов, не отразило его историческое происхождение. Ведь многие сады мира носят какие-то символические или исторические названия, по которым их узнают, например сад Кью в Лондоне, Кёкенхоф в Голландии, Нонг Нуч в Таиланде и мн.др. Обиходным в 90-е годы оставалось название местности и сада «Хутор Горка».
Я занимала должность зав отделом Ботсад в период с 1988 до 2002 года, т.е. до своего увольнения из музея.
В 1998-2000, более двух лет, т.е. 3 туристических сезона, я была директором СГИАПМЗ — музея-заповедника. Но этой истории вы в документах учреждения не найдёте — она была оттуда просто изъята или изменена! Руководство садом во время руководства музеем-заповедником мне пришлось максимально сократить.
Статус территории сада, его исторический ландшафт, коллекции, штат и многое другое надо было обосновывать для дальнейшего развития и финансирования работ Министерством культуры, тем более, что ботанические сады для этого ведомства не характерны.
Учитывая мою занятость и потребность в лицензированных работах по саду, музей-заповедник заключил договор с фирмой «Русский сад». О.В.Гришанова была назначена руководителем Ботсада после моего увольнения из СГИАПМЗ в 2002 г.
Фото около 1994 г. Виден новый верх исторического колодца (перестроен отделом в 1993 г). Когда-то на этом месте был монастырский колодец и конструкция «журавль» для поднятия воды (дата постройки неизвестна). Иногда его называют «Святой колодец», но о Святом колодце скажем ниже.
На фото — первые специалисты сада, цветоводы-декораторы Елена Абрамова и Ольга Гришанова (Ольга, к сожалению, умерла в 2019г), которых пригласила директор музея Л.В.Лопаткина. Позже они стали агрономами, а О.В.Гришанова стала заведующей отделом Ботсад, заочно закончила ВУЗ.
В штате сада было в те годы, т.е. в 80-е и 90-е, от 8 до 12 ставок, включая сезонные, всегда был хотя бы один научный сотрудник, занимавшийся коллекцией, но очевидно было, что одного на весь сад мало — обязательно должны быть ботаники разных групп растений, в том числе дендролог, тем более — после отвода музею-заповеднику лесной охранной зоны.
У нас в штате сада был один сторож, который жил в «сторожке» (бывшей Комендатуре). Он не только охранял сад после рабочего дня штатных работников, но ещё и подметал аллею вечером, выносил сорняки в компост, помогал в садовых работах. Теперь штат постоянных работников сада много меньше, но создан отдельный штат его охраны из 4-5 человек, работающих посменно круглосуточно, но не участвующих в садовых работах.
К сожалению, никаких нормативов в Министерстве культуры для деятельности садов (как и природных музеев-заповедников) нет, поэтому нет и целевого финансирования. Учитывая, что Хутор Горка — памятник истории и культуры, здесь можно применять законодательство этой сферы.
Многие работы нам удавалось делать, благодаря волонтёрам, как и теперь. Волонтеры часто просто спасают сад. А эти, что на фото, спасали сад в 90-е годы. И не только эти. Может, другие тоже пришлют свои фото. Вот несколько страниц из жизни сада 90-х годов.
Работа волонтеров в саду была начата группой из 728 московской школы под руководством учителя литературы Софьи Яковлевны Коцот с 1989 года. Группы стали приезжать почти ежегодно. Например, была группа из московской гимназии 1543 под руководством учителя физики Волохова Александра Юльевича. Десятки учеников московских школ оставили свой след в благоустройстве этой местности. Мы им были очень благодарны. Здесь побывали многие большие любители природы и садов.
Волонтеры — спасители сада (? ..). На переднем плане — легендарная собака Чара. Ее какой-то архангелогородец привез в аэропорт Архангельска и бросил там (сам, видимо, улетел на самолете). Она сумела пробраться в один из самолетов на взлетной полосе в поисках хозяина, а самолет полетел на Соловки. Собака вышла на лётном поле острова. Прилетев на Соловки, она поначалу бегала по дорогам, заглядывая в глаза людям — не найдется ли её друг. Но «друг» предал её…
Мы взяли собаку в сад, и она несколько лет честно его охраняла, никого не покусав, не вытоптав ни одного растения. Но в какой-то год на Соловках были отравлены несколько собак. Мерзавцу- отравителю не лень было прийти в сад и подбросить яд нашей Чаре, которая умерла в ужасных муках за свою преданную службу. В саду до сих пор стоит её красивая будка рядом с бывшей Комендатурой концлагеря, служившей нам сторожкой сада.
Здесь жила умная и преданная собака Чара, брошенная хозяином в Архангельске, служившая несколько лет в Ботсаду и отравленная на Соловках мерзавцем. Чара доверяла людям, но люди предали её дважды. Фото Артема Паршина, 2003 г
Теперь вернёмся к названиям сада.
До 2000-го года мы называли сад на Соловках «Ботанический сад «Хутор Горка». Название было включено в проектные документы. Было ли это обоснованно, расскажу дальше.
К 1995-му году мне удалось собрать в один документ все сведения об истории этого сада и проанализировать их. Для музея-заповедника был разработан документ, который назывался «История и концепция развития Ботанического сада музея-заповедника». Он не опубликован, но большие выдержки из него есть в литературе, содержание использовано в работах известных ботаников и ландшафтных архитекторов Л.Фурсовой, В.Агальцовой, А.Паршина, А.Лантратовой, Е.Марковской (1-5) и др., в музейных буклетах, в докладах на конференциях. Наша статья о саде, опубликована в 2003 году в Сборнике «Русская усадьба» — она приведена на этом сайте.
«История и концепция..» была рассмотрена Методсоветом музея-заповедника в 1995 году и была единодушно принята как основная и направляющая нить развития исторической территории и Ботанического сада. Члены совета тогда назвали в шутку эту концепцию «Одой саду».
Коллекция растений в 90-е годы пополнялась на основе принятого плана, создавали тематические коллекции лекарственных, кормовых и декоративных растений, восстанавливали исторические посадки, делали попытки создания коллекции редких местных растений, проводили ландшафтные работы, создавали экспозиции под открытым небом и в здании Дачи архимандрита.
В 1997-2000 годах фирма ООО «Русский сад» была привлечена для проектирования перспективных работ и создания научного Проекта сада, что могло позволить привлечь средства из федерального бюджета на восстановительные работы. Институт Урбанистики в это же время создавал проект реставрации часовни.
Сохранилось несколько видов часовни Александра Невского 19 века. Её особенностью было устройство смотровой площадки вокруг главы. Ведь оттуда был прекрасно виден монастырь и залив Благополучия.
Возможно, в исторический монастырский период с необычных надстроек часовни можно было вести наблюдения за подходом вражеских кораблей во время Крымской войны. Конструкция площадки менялась и перестраивалась монастырём минимум 3 раза, так как подбирали наиболее рациональную для обслуживания такого неординарного устройства, учитывая большое количество снега на Соловках.
Фотографии их были найдены сотрудниками Ин-та Урбанистики (СПБ). Заказанный мной Проект реставрации часовни был выполнен в 2002-ом году, но до сих пор не реализован. Часовню подремонтировали, законсервировали и закрыли.
Таким образом, в 2000-ном году две фирмы заканчивали проектирование реставрации часовни Александра Невского и Территории сада Хутор Горка, в частности — проекта ландшафтных рубок. Главным их смыслом и целью было сохранение как исторических построек, так и микроклимата местности, природных и рукотворных достопримечательностей, среди которых были даже некоторые дупла и гнезда птиц, ныне уже несуществующие, ликвидированные, как и название сада, по указу руководства музеем после моего ухода, но непонятно зачем.
Но чтобы понять историю названия Хутор Горка, придется погрузиться в историю музея-заповедника 1998-2000 годов. Эта история не отражена ни в одном источнике, хотя она могла бы занять объем книги. Затронем её кратко и в другой статье.
В эти годы я руководила музеем-заповедником (СГИАПМЗ), то есть была его директором..
С уважением ко всем читателям — Фокина Т.Л.
