В последние 3 года происходили печальные и разрушительные для гуманитарной науки события, связанные с Российским научно-исследовательским Институтом культурного и природного наследия им. Д.С.Лихачева (Москва) и другими институтами, подчиненными Министерству культуры РФ, которых было шесть до 2012 года, не считая филиалов.

Как указано в отдельных сведениях от Минкультуры, произведена «оптимизация» и «реорганизация» «неэффективных» учреждений культуры по плану выполнения указов Президента. В нашей статье мы рассмотрим, в основном, один яркий пример — реорганизацию Ин-та Наследия, которая описана его сотрудниками.

Институт Наследия активно участвовал в изучении и защите ценностей России, являлся координатором многих международных проектов в стране, связанных с обеспечением условий сохранения нашего наследия, их экспертизой, подготовкой к включению в ЮНЕСКО, и др.

Он и создан был в 1992 году после принятия в ЮНЕСКО первых объектов России — Московского Кремля и Историко-культурного комплекса Соловецкого архипелага (культурное наследие). Одной из задач института стала разработка мер по исполнению Конвенции об охране Всемирного культурного и природного наследия, к которой СССР присоединился в 1989 году, а также выявление и изучение российских объектов культурного и природного наследия.

Это был первый институт, который стал изучать наследие в его комплексе, разрабатывая способы сохранения и использования культурных и природных памятников, а также ценных территорий как единого феномена. Одним из таких феноменов является Соловецкий архипелаг, где памятники и свидетельства жизни людей нескольких тысячелентий сочетаются с уникальной природой.

Лишь стечение обстоятельств не позволило до сих пор включить весь архипелаг в ЮНЕСКО  как «культурное и природное наследие», а сейчас надежды на это включение практически нет, учитывая события, которые происходят в науке и культуре. Вот их яркий пример.

В Институте Наследия начались события с того, что Министр культуры В.Р.Мединский назначил на руководящие должности людей, которые к науке имели лишь косвенное отношение, а ученых отстранил от руководства.  Спрашивается, зачем? Понятно это становится постепенно.

В 2013 году вместо директора института культурного и природного наследия им. Лихачева Ю.А.Веденина, доктора географических наук, профессора, фактически основавшего институт, за который ратовал академик Д.С.Лихачев, руководившего им с 1992 года, был назначен некий П.Е.Юдин.

Новый директор не имел никакого опыта научной работы, ничего не ведал о природных и культурных ценностях страны. Справочники говорят, что ранее он был в федеральном резерве администрации Президента, когда-то занимался вопросами валютного контроля и взаимодействием с нефтехимическими предприятиями, а также надзором в сфере здравоохранения и социальных мероприятий.

Юдин окончил Ин-т менеджемента и Академию Госслужбы (в общем, широкого профиля специалист). Его замом была назначена Л.Л.Пшеничникова (работавшая ранее в сфере торговли). Можете представить, как восприняли это ученые, которые стали разговаривать с руководством на разных языках.

За 1,5 года Юдин вынудил (с помощью самых разных приемов выдавливания) уволиться большую часть научных сотрудников, их количество сократилось почти в 3 раза, осталось около 40 человек. Зато новые руководители института за этот срок подготовили диссертации по культурологии, однако защитить их здесь не успели, так как их отправили «успешно руководить» в другой институт к осени 2014 года.

В сентябре 2014 года вместо П.Е.Юдина В.Р.Мединский назначил своего помощника — Миронова Арсения Станиславовича, канд. филологических наук, журналиста-международника, специалиста по информационным и пиар-технологиям, вполне внешне респектабельного мужчину.

Названия некоторых его работ говорят сами за себя. Работая в Администрации Президента в 2000-е годы, он написал, например, такие статьи: «Приемы мягкой пропаганды в качественной прессе США и Франции» (тема кандидатской диссертации) и «Раздувай и властвуй: технологии современной «мягкой» пропаганды». Впрочем, он еще и романы писал, об этом можно узнать в справочниках.

Вот что пишет А.С. Миронов в одной из своих, видимо, актуальных книг» (цитирую по М.Деметрадзе): «Российский избиратель поумнел. Он перестал быть «не пуганым», и дикие времена грубой неприкрытой предвыборной пропаганды тоже уходят в прошлое. Наступает эпоха завуалированного влияния на умы людей, использования новых информационных технологий манипулирования общественным мнением…».

Так что пропаганду и внедрение в умы людей, манипулирование сознанием у нас разрабатывают нужные государству образованные люди. Защищайте свои головы, жители России, думайте и оценивайте тщательно свои действия сами! А как применил свои разработки новый директор на новом месте? Читайте дальше.

В процессе «оптимизации» научных учреждений культуры ещё летом 2014 года в Ин-т Наследия влили Российский ин-т культурологии (РИК), который после такой гибридизации фактически прекратил своё существование. РИК вел свою историю с 1932 года (!). Сначала он назывался — Центральный научно-исследовательский институт методов краеведческой работы, затем носил названия — НИИ музееведения, НИИ музееведения и охраны памятников, затем — НИИ культуры. Институтом культурологии он стал в 1992 году.

Реорганизованному и оптимизированному институту Наследия было поручено разрабатывать государственную культурную политику и способы ее пропаганды. Почти втайне от сотрудников в Министерстве утвердили новый Устав и Концепцию института. В институт были приняты без всякого конкурса послушные околонаучные деятели из друзей Миронова. О фундаментальных исследованиях здесь никто уже и не вспоминает, они не утверждаются министерством.

Вот что пишет о новом директоре М.Кулешова :

«Оставаясь одновременно советником министра культуры и, огородившись поясом безопасности из разнообразных заместителей, советников и секретарей, во избежание любых контактов с руководимым им коллективом, он продолжает начатую предшественником политику зачистки института от старого состава научных кадров и целых научных направлений, при этом сохраняя численный состав штатов за счет набора новых людей, в большинстве своём к науке непричастных.

Очередной директор даже не удосужился как следует познакомиться со своим коллективом, он передал бразды правления по старой институтской тематике двум из своих заместителей, С.Ю.Житенёву (ныне советник) и А.В.Окорокову, прекрасно оценив, что их руководящие способности доведут остатки коллектива и тематики Института до управленческой гангрены, до полного изживания духа и следов некогда продуктивной и актуальной научной деятельности.

Между тем, методы зачистки остатков научного коллектива Института Наследия приобрели фантастически изощрённый характер.» . .. «А именно — применением технологий «мягкой силы» на ниве пропаганды.  Конкретнее — направленными трансформациями общественного сознания на основе манипуляций фактами, дезинформации, сокрытия информации, что отчасти напоминает распространённую в 90-е годы игру в «наперсток» и может крепко запутать потенциального оппонента». (конец цитаты)

Однако, А.С.Миронов применил свои методы не только «мягкой силы», но и весьма жесткой, как и его предшественник П.Е.Юдин — шантаж, выдавливание, назначение ничего не смыслящих в проблеме руководителей отделов, почасовую слежку за передвижениями сотрудников, разовые поручения никому не нужных дел, отвлекающих от выполнения научных тем, отказ в материальном обеспечении работы, отказ оплаты командировок, игнорирование трудового законодательства и пр. С учеными стали говорить языком приказов и распоряжений, передаваемых им под расписку без обсуждения. С коллективом Миронов никогда не встречался, сотрудники его не видят.

Если надо решить какой-то рабочий вопрос, требуется подать заявление в секретариат с подробным изложением темы встречи – зачем это сотруднику надо видеть директора. Чаще всего сотрудник тщетно ждет аудиенции. Обычно, он ее не получает — ученый должен знать свое место и расстояние до начальства, он должен чувствовать, что без него тут могут обойтись. В лучшем случае, сотрудника примет заместитель по хозяйству (для решения сугубо научных вопросов, заметьте).

Но можете себе представить, в каком замешательстве находятся сотрудники, которые годы своей работы посвятили спасению культурных и природных ценностей России, которые привыкли обсуждать научные проблемы со своими директорами.

Как происходило общение с вынужденным ныне уволиться бывшим директором Ин-та Ю. А.Ведениным рассказала М.Кулешова:

«Юрий Александрович Веденин ушел с поста директора института в 2013 году. Один-единственный человек ушел со своего поста, и все счастье пропало, как не было. Оказывается, это он один держал высокую планку внутриинститутских отношений и профессионализма, при нем не поощрялись ни обман, ни подлость, ни халтура. Он никогда не умел и не умеет по сей день говорить грубости, он ни с кем не конфликтует, а пытается найти обоюдоприемлемое решение.

Он кажется мягким и слишком интеллигентным для нашего хамоватого времени, но в действительности он крепко держал в своих мягких руках коллектив в двести человек. Его трудно было застать в кабинете на директорском кресле — он преимущественно находился в секторах и отделах: подсказывал новые идеи, определял направления работ, обсуждал результаты.

Юрий Александрович обладал и обладает удивительной способностью сразу проникать в суть вопроса, предлагать, казалось бы, простые решения; он способен увидеть системное целое там, где собственные мысли разбегаются врозь.» (Главный по наследию. «Заповедные острова», N° 10, 2015.)

Веденин в экспедиции
Веденин в экспедиции

В настоящее время от бывшего научного состава Института Наследия осталось менее 20-­ти сотрудников, их изживание продолжается (год назад их было еще около 30-ти). Были уничтожены либо сведены к неработоспособному минимуму многие базовые для Института научные направления, определявшие специфику его деятельности.

Одновременно в здании бывшего РИК (Российского института культурологии) на Берсеневской набережной, дом 20, историческом здании 18 века, которое было предоставлено институту за несколько дней до ВОВ, сегодня не работает никто из бывших более чем 200 сотрудников этого института — он оккупирован неизвестными лицами, в здании проведен дорогостоящий ремонт.

Сокращение штата в РИК началось еще в конце 2012 года. Тогда Министерство культуры собралось объединить этот институт с Институтом искусствознания, а вместо общих более четырехсот человек оставить сто. В 2013-ом году под административным давлением покинул свой пост директор РИК К.Э. Разлогов, известный киновед, доктор искусстововедения.

Это вызвало протест деятелей культуры и искусства, подписавших Открытое письмо в Правительство с требованием восстановить институт под руководством Разлогова.  Однако, добиться требований не удалось, действия Минкультуры продолжились.

Штат РИК стали быстро сокращать и к концу 2013 года там осталось всего 20 человек. Часть его сотрудников уволились, около 50 человек вынудили перейти в институт Наследия, где большинству из них так не создали обещанных условий для работы. По нашим сведениям, теперь их осталось в Ин-те Наследия немногим более десяти.

Интересно, что оба института занимались многоми научными темами, выходящими за рамки ведомственных интересов Минкульта. Это было необходимо для решения их главных задач и связано с современными международными представлениями о культуре.

Об этом не раз говорили оба (теперь уже бывших) директора редуцированных институтов, настоятельно предлагая Минкульту создать межведоственные управленческие органы для регулирования таких вопросов, что существует в большинстве стран мира. Но вместо этого директора оказались за бортом своих детищ.

О кадровых перестановках в четырех министерских институтах, проведенных к середине 2013-го года и некоторых ее трагических последствиях можно узнать здесь. Следует сказать, что «оптимизацию» пережили или продолжают переживать также Институт истории искусств (Санкт-Петербург), Государственный институт реставрации, Институт киноискусства, о каждом из которых можно теперь написать роман ужасов.

Избежать полного разрушения удалось пока только Институту искусствознаия. В декабре 2012 года, когда институту объявили о возможном слиянии с РИК, там добились проведения расширенного Ученого совета (фактически — собрания коллектива и приглашенных ученых), на котором присутствовали Министр культуры В.Р.Мединский и Советник Президента РФ по вопросам культуры В.И.Толстой.

В результате очень острого обсуждения положения гуманитарных наук, выступлений ученых, продемонстрировавших результаты своих работ, институт, созданный во время войны, остался в своем историческом особняке, хотя и в условиях «постепенного удушения». После этого Министр культуры ни на какие приглашения ученых других институтов вовсе не отвечал.

А в здании Института Наследия, где разместились 2 института, хватило места еще для гостиницы «Наследие» и кафе. О них читайте в интернете.

Шествие вандализма по отношению к ученым и самой науке в стенах института Наследия продолжается. Более того, новое руководство Института Наследия позволило себе сделать лживые обвинения в отношении Ю.А.Веденина, которые позже не подтвердились. 16.04.2015 в защиту бывшего директора было опубликовано Открытое письмо коллег.  Письмо подписали более 60 человек, еще 15 оставили свои слова поддержки на указанном сайте.

Письмо направлено: Секретарю Общественной Палаты РФ А.В. Бречалову, Советнику Президента по культуре В.И. Толстому, Министру культуры РФ В.Р. Мединскому, Директору Института наследия А.С. Миронову, Главному редактору Газеты.ru С.В. Бабаевой, Главному редактору ФБА “Экономика сегодня» Е.Васильевой, Главному редактору ИД «Провинция» О.Ю. Никанову от 6.06.2015

Каков результат? Общественная палата выразила сочувствие, сослалась на отсутствие компетенций в подобных вопросах и порекомендовала обратиться в Общественный совет Министерства культуры.

Общественный совет просто проигнорировал обращение. А тем, кто вступился за честь проф. Ю.А. Веденина, дали понять, что клеветать на заслуженного в летах профессора ненаказуемо и даже приветствуется. Ни А.С.Миронов, ни иные участники клеветнических заявлений, не были привлечены к ответственности. Напротив, они продолжили изживание из Института всех инакомыслящих, в особенности подписантов протестных писем.

Первым в Институте Наследия, кто смело стал выступать в печати против нововведений – Кулешова Марина Евгеньевна, кандидат географических наук, бывший руководитель сектора правовых проблем управления культурными ландшафтами РНИИ им. Д.С. Лихачева.

М.Кулешова состояла в Высшем экологическом совете Комитета экологии Государственной думы РФ, принимала участие в разработке нескольких законопроектов, она — автор около 100 научных работ, в том числе соавтор трёх коллективных монографий.

С поддержкой требований Кулешовой о прекращении антинаучной деятельности ин-та выступили многие сотрудники, появились даже коллективные статьи, ссылки на статьи см. ниже.

Последние статьи в списке (о происходящем варварстве в науке) написала Деметрадзе Марине Резоевна, доктор политических наук, юрист, профессор Академии права и управления; профессор Кафедры мировой политики и международных отношений Российского государственного гуманитарного университета, награжденная «Почетным Дипломом» Московской Городской Думы» за вклад в межнациональное сотрудничество в области науки и культуры».

Если кто-то захочет узнать подробности этой поучительной истории, смотрите ее на этих сайтах — приведены, начиная с последних:

https://regnum.ru/news/cultura/2213262.html?t=1480852166  М.Деметрадзе. Блеф-патриотизм и научные игры министерства культуры. 1.12.2016

https://regnum.ru/news/cultura/2210248.html?t=1480186265 М. Деметрадзе. Фабрика создания религиозно-патриотических грез. 26.11.2016

http://www.cogita.ru/a.n.-alekseev/publikacii-a.n.alekseeva/tma-vlasti-i-vlast-tmy Блог А.Н.Алексеева. Тьма власти и власть тьмы. Автор: М. Кулешова — Дата создания: 07.11.2016. Последние изменение: 08.11.2016 Участники: А. Алексеев

https://regnum.ru/news/cultura/2201683.html  М. Деметрадзе. Плутократическая модель «оптимизации» культуры. Судьба Института Наследия им. Д.С. Лихачева и Российского института культурологии. 4.11.2016.

http://www.cogita.ru/a.n.-alekseev/andrei-alekseev-1/kak-byli-razgromleny-institut-kulturologii-i-institut-naslediya А. Алексеев.  Как были разгромлены Институт культурологии и Институт Наследия. 07.08.2016  Участник: М. Кулешова

 https://regnum.ru/news/2164053.html Наука очковтирательства. Кто и как собирается учить нас патриотизму. // Коллективная статья ученых двух объединенных институтов и поддерживающих их ученых. 6.08.2016.

http://www.cogita.ru/a.n.-alekseev/andrei-alekseev-1/proschanie-s-institutom-naslediya Блог А.Н.Алексеева. Прощание с Институтом Наследия (Как, видимо, понял читатель, Марину Кулешову уволили из Ин-та наследия с формулировкой «За прогул») Авторы: М. Кулешова; А. Алексеев. Дата создания: 26.07.2016. Участники: Коллеги М. Кулешовой 26.07.2016

http://www.cogita.ru/a.n.-alekseev/publikacii-a.n.alekseeva/pafos-nevezhestva-na-smenu-nauchnomu-znaniyu  Блог А.Н.Алексеева. Пафос невежества на смену научному знанию.  Авторы: М.Кулешова. Дата создания: 22.06.2016. Последние изменения: 28.06.2016

https://regnum.ru/news/cultura/2152466.html?t=1467514763 М.Кулешова. Новый Лысенко: Минкульт России «оптимизирует» науку о наследии России. Убийство Института Наследия.  3.07.2016

http://www.ng.ru/ideas/2015-09-11/5_epikriz.html Марина Кулешова. Эпикриз околонаучных интенций.  Как изобретение национального индекса культурного наследия дискредитирует российскую науку. 11.09.2015

Вот что пишет о случившемся с наукой о наследии Борис Федорович Колымагин — Поэт, прозаик, бакалавр богословия, автор многих статей по литературе и проблемам церковной жизни. Родился 20.09.1957 в Тверской области. Окончил Горный институт и Литературный институт по отделению критики. Статью приводим полностью.

«Российская наука оказалась в системном кризисе. Действия «эффективных топ-менеджеров» способствуют ее деградации. Их прессинг затронул не только академические сферы, не только Минобрнауки, но и ведомство господина Мединского. Об этом свидетельствует, в частности, ряд скандальных увольнений в Российском научно-исследовательском институте культурного и природного наследия, находящегося в ведении Минкульта.

Основатель института Юрий Веденин попал под раздачу первым. Он всегда выступал против излишней коммерциализации культурного наследия. И эта его принципиальная позиция встала кое-кому поперек горла. Веденина сначала переместили из директоров в главные научные сотрудники, а затем вынудили уйти.

Институт стал стремительно меняться. Ему навязали цензурные функции, закрыли многие важные направления. В частности, подразделения, занимавшиеся усадебной культурой, краеведением, комплексными региональными программами охраны наследия, редакционно-издательской деятельностью.

Настоящие ученые вынуждены были искать другое место применения своих творческих сил. Так, был уволен руководитель подразделения, занимавшегося комплексными исследованиями и проектированием исторических территорий Центрального региона России Сергей Чернов. Он выразил несогласие с политикой Минкульта по организации достопримечательного места «Древний Радонеж». Страшный криминал! За ним последовал замдиректора по научной работе и руководитель подразделения комплексных региональных программ по сохранению наследия Павел Шульгин.

Примеры легко множить. Вот последний случай. Новый директор института Арсений Миронов, большой, к слову, специалист по освоению финансовых потоков, уволил за прогулы завотделом культурных ландшафтов и традиционного природопользования Марину Кулешову. Дело, конечно, не в прогулах. Просто в последнее время Кулешова опубликовала ряд откровенных текстов о ситуации в подведомственном Минкульту учреждении.

В частности, она писала о том, что кадровая политика института вызывает большие вопросы. В открытом письме Кулешова вместе со своими коллегами спрашивает у новоиспеченного директора: «Куда подевались бюджетные средства, выделявшиеся Институту в 2013-2014 гг., когда в Институте администрировал П.Е. Юдин? Что за специалисты числятся теперь в Институте и как их оплата соотносится с их вкладом в научные исследования Института? Где и кто применяет результаты их исследований? Каким образом люди без должной квалификации и опыта назначаются руководителями научных направлений? Каким образом по указанию дирекции в научные подразделения Института зачислялись подставные лица без ведома руководителей научных подразделений, и кто ответит за финансовые расходы по их содержанию в ущерб работающим членам коллектива? Кому и за какие заслуги перед Отечеством выплачивались заработные платы и премии в сотни тысяч руб.?».

Миронов убрал со своего пути ненужную свидетельницу своих «подвигов». Замечательна формулировка увольнения: «за прогул». Под прогулом понимается работа ученого вне стен института: в библиотеке, в архиве, в полевых условиях.

При Веденине в Институте наследия было два присутственных дня. С наступлением совка все рабочие дни недели стали присутственными. Но, поскольку Кулешова не давала своего согласия на изменение условий бессрочного трудового договора в части режима работы, ссылка на который зафиксирована в трудовом договоре, то она продолжала свою профессиональную деятельность в прежнем ритме.

Об этом можно было бы вовсе не говорить, если бы в действиях Миронова не просматривалась общая тенденция «эффективного руководителя» наукой: построить всех по ранжиру, установить жесткий режим, а само содержание работы заболтать, отдать его на откуп пиару.

Увы, дирекция института, претендуя на роль вершителя судеб всемирного наследия, рубит сук, на котором сидит. Недавно руководство заявило о работе учреждения по новой номинации «Заповеданное Кенозерье». И при этом умудрилось уволить всех пятерых сотрудников, которые конкретно занимались этим направлением.

Ведомство Мединского сотрясают скандалы. Внимание общества привлекли, прежде всего, весенние события, связанные с финансовыми махинациями в министерстве. Понижение уровня науки в подведомственном Минкульту заведении, конечно, не так бросается в глаза. Но и эта история требует общественного внимания.»    (Из «Ежедневного журнала»:   — 2 августа 2016 )

Так что же разработал новый институт?

С этим можно ознакомиться по приведенным выше ссылкам и на сайте самого института. Приведем лишь некоторые моменты, чтобы читателю было понятно, чем занимается теперь научное учреждение.

Одна из основных разработок ин-та — «Стратегия сохранения культуры и культурно-исторического наследия народов Российской Федерации на период до 2030 года». В этом документе предлагается формулировка основной национальной идеи, которая в дальнейшем может оказаться в основе многих государственных документов, в том числе в основе государственной культурной политики.

В документе более ста страниц, поэтому рассмотреть его полностью мы не можем. Воспользуемся трудом тех, кто смог прочесть главный шедевр реформированного института и выделил в нем основные моменты, которые уже проявляются во многих действиях института.

Например, авторы Стратегии определили, что «к основополагающим ценностям российской цивилизации относятся: традиционные духовно-нравственные ценности, обусловленные преемственностью норм и культурных образов православной цивилизации, из которых ключевыми являются приоритет духовного над материальным, совесть и свобода духа…».

  •   Особенно «убедительны» последние ценности, примером которых, видимо, и является современное руководство института, которое на фоне зарплат сотрудников в 6−12 тысяч в месяц выплачивает себе зарплаты и премии в сотни тысяч (смотрите доходы руководства институтом на сайте Минкультуры).
  • В СМИ же и отчетах руководство рапортует, как с их приходом поднялась средняя зарплата в институте от 15 до 45 тысяч рублей в месяц, что являлось требованием Указов Президента для сферы культуры и науки (май 2012 г) — поднять зарплату бюджетников до средней по региону, а в Москве она — 43 тысячи. В 2016 году В.Р.Мединский сообщил, что средняя зарплата в подведомственных МК институтах — 47 тыс. Так что можно поздравить руководство Института Наследия и Минкультуры с перевыполнением требований Указов.

Среди многочисленных нововведений Стратегии институт, например, предложил ввести некий Индекс успешности ГКП (государственной культурной политики).

Его применение состоит в том, что все организации (и не только Минкультуры, но и Минобрнауки, Росмолодежи, Минкомсвязи, Роспечати, Роскомнадзора, Мипромторга, Россотрудничества, Минсельхоза, Минспорта, ФСБ, МЧС, МВД, ФСИН, Минобороны, Министерства по делам Северного Кавказа, Министерства по развитию Дальнего Востока и пр.)  предлагается оценивать с помощью разработанного  институтом индекса успешности ГКП.

Это должно выразиться в повсеместном строжайшем учёте и контроле над каждым субъектом и объектом, а также событием на территории страны и в ежегодных замерах таких показателей:
– отношение к ключевым персоналиям, событиям и периодам истории России;
– оценка роли России в мировом культурном процессе в прошлом и настоящем;
– отношение к Русской православной церкви и иным конфессиям, их исторической роли и роли в современной общественной и культурной жизни;
– оценка роли русского народа в истории и в настоящем».

Авторы проекта предлагают поддерживать и развивать только ту культурную деятельность, которая обеспечивает передачу ценностей российской цивилизации. Если произведения культуры им противоречат, то такая культурная деятельность не может рассчитывать на государственную поддержку.

Предполагается, что роль Института Наследия должна состоять в мониторинге всего пространства – досуга, культурного туризма, литературных, театральных и кинопроизведений, цирковых программ, школьных олимпиад, спортивных фестивалей, научных экспедиций и прочего.

Т.е. если новоиспеченные эксперты определят, что в организации изменилось отношение к церкви, истории, какой-либо исторической личности и т.п. (или экспертам это просто показалось), на финансирование она может не рассчитывать. В общем, работы институту хватит на многие годы. Тут наука и светлые головы совсем даже и не нужны.

Каков «Ожидаемый результат» (есть такой раздел Стратегии)? Авторы считают, что непременно произойдет: «Снижение числа разводов; улучшение статистики заболеваемости, рождаемости и смертности; рост числа законных браков; рост многодетности; уменьшение числа наркозависимых; снижение потребления алкоголя и табака; снижение числа самоубийств; снижение числа брошеных детей; снижение преступности…» — В общем, будет полная благодать. К сожалению, это не шутка для КВНа.

(Использована статья Что же будет с Родиной и с нами? Ольга Егошина, обозреватель газеты Новые Известия)

Вот как оценивает разработки ин-та проф. М.Деметрадзе:

«Три года (2013−2016) «оптимизации» институтов культурологии и наследия выявили реальные цели реформаторов из Министерства культуры РФ. У «оптимизации» было два измерения: 1) создание религиозно-патриотической идеологии как основной ценностной доктрины для России; и 2) превращение института в площадку извлечения доходов в интересах корпоративных группировок.»

«Проект представляет собой угрозу безопасности и целостности нашей страны. Он не имеет ровно никакого отношения к культурно-историческому наследию народов РФ и культурной политике, как об этом пишут и другие авторы.

Сказанное подтверждают следующие составляющие проекта.

  1. «Национальная идея» предлагается, как новый ценностный императив современной России; этот синтез патриотических и христианских мифологем соответствует, по мнению авторов, ее геополитическим и национальным интересам.
  2.  Критерием более высокого статуса в обществе становится принадлежность к русской национальности.
  3.  Показателем престижа общества становится «моральный и духовный авторитет» как воплощение веры и патриотического долга.
  4.  Содержание государственной культурной политики опирается на религиозные и мифологические догмы, что искажает и политизирует христианство и обесценивает национальную идею.
  5.  Научная методология подменяется псевдонаучными «методами», не имеющими никакого отношения ни к одной сфере науки.
  6.  Ключевыми выступают такие понятия как жертвенность, нравственность, мораль, русскость, патриотизм, духовный подвиг, любовь к Богу, душа, христианские ценности и т.д.

Сложившуюся ситуацию можно назвать катастрофической: в XXI веке, по сути, открыто заговорили о трансформации России из светского в теократическое государство. Для последнего характерна опора не на человека и его социальные интересы и современные социокультурные ценности, а на мифологизированные идеологемы, отбрасывающее общество в средневековую смуту и пропасть. Это выставляет наше общество на посмешище в глазах современного цивилизованного мира. »

«Сегодня очевидны плоды этой, не побоимся этого слова, подрывной деятельности: сегодня речь уже идет о превращении учреждения науки в экстремистскую и шовинистическую организацию, целью которой с объективной стороны становится раздувание противоречий между русской культурой и всеми другими культурами народов Российской Федерации, православием и другими конфессиями».

(Выдержки из:  М.Деметрадзе. Блеф-патриотизм и научные игры министерства культуры. 1.12.20)

Указанная «Стратегия» противоречит нескольким статьям Конституции РФ, международному праву и правам человека, Уставу ООН и даже принятым Основам государственной культурной политики РФ, Стратегии государственной культурной политики, утвержденной Распоряжением Правительства РФ №326 от 29.02.2016

Ученые требуют вернуть институт в лоно науки, а не демагогии, но эти требования до сих пор никто не хочет услышать.

Как сообщила М.Кулешрва  «Несколько героических личностей продолжают отстаивать своё право на научную работу в стенах института, постоянно отслеживаемые и травимые. Я восхищаюсь их мужеством. Тем не менее, жизнь продолжается, и кто-то неминуемо будет контактировать и сотрудничать с институтом в его новом формате. Это удивительное свойство нашего общества — свойство гибкости, привыкания и приспособления к любым заданным условиям существования — есть данность, как погодные условия.»

Полностью согласна с авторами статей, выдержки которых приведены. Думается, что патриотизм у нашего народа будет тем сильней, чем больше будет примеров для гордости за свое отечество — новые разработки и открытия ученых, сохраненные природные ценности и территории, восстановленные памятники, новые технологии и производства, литературные произведения, фильмы и театральные постановки, достижения спортсменов, образовательные учреждения, признанные в мире, достойный уровень жизни всего населения и т.п.

Никакая политика и пропаганда не могут заменить истинные ценности и работы ученых. Руководители, которые  сели в чужие кресла и присвоили себе фонд зарплаты выдавленных ими ученых, ни для кого примером не станут. Рано или поздно в России вспомнят об «оптимизации» в культуре и науке, пример которой мы привели, как о позорном периоде истории.

Фокина Т.Л., по материалам статей сотрудников Ин-та Наследия и поддерживающих их ученых.

Меня зовут Фокина Татьяна Леонидовна. Я живу в Санкт-Петербурге. Более 30 последних лет моей жизни связаны с Соловками, 24 года я работала в музее-заповеднике, в 1998-2000 годах была его директором. . По специальности — биолог, приходилось заниматься как природными исследованиями, так и музееведением, охраной памятников, охраной природы, ландшафтным дизайном.

2 Комментарии

  1. Татьяна! Спасибо за труд. Хорошая и предельно грустная аналитика. Необходимое свидетельство истории уничтожения науки в современной России. Ю.А.Веденин, М.Е.Кулешова — оставят благодарным потомкам свой СЛЕД в деле сохранения культурных и природных ценностей Отечества, а их гонители, грязно наследившие, уверена, скоро будут забыты и сметены. Останется за ними только подтереть. Такие статьи, как твоя. надеюсь, приближают это время.

    • Спасибо, Надежда! Ты оптимист. Я всегда считала себя тоже оптимистом. Но пока я писала эту статью, состоящую, в общем-то, из нескольких статей специалистов, мой оптимизм исчезал. Марина предложила мне отправить статью в несколько редакций, а я до сих пор ей не ответила и это не сделала. Я подумала, что для СМИ нужно ведь сказать что-то об общем положении дел в культуре, и я залезла не в свою сферу. Я прочла, что происходит в других учреждениях культуры и в некоторых ВУЗах. Я в ужасе. Культура, наука, образование деградируют, везде меняют руководителей, в задачу которых входит только делать деньги и делиться ими с нужными людьми, которые деньги распределяют.. только и всего. Специалистов нигде не ценят, от них просто избавляются, да и ценить уже некому.. Звания и диссертации руководителей, шумные сборища с оглашением успехов, чаще всего — фейки.. Хорошо, что у вас в Кенозерском парке сохраняется коллектив подвижников и настоящие руководители, для которых главное — существо дела, а не упаковка. Желаю тебе успехов на новой территории, где усилия обязательно дадут свои плоды.

Оставить комментарий